Скидки до пятницы

Очерки о Венесуэле #2: Остров Маргарита

Алла Самохина

Маргарита – самый большой остров на севере Венесуэлы. Был открыт Христофором Колумбом (Cristóbal Colón) 15 августа 1498 года. В христианском календаре в этот день отмечается Успение Богородицы, и потому первое испанское название острова – La Asunción (Успение). Однако уже через год остров получил имя Маргарита – Isla de Margarita. По одной версии, последователи Колумба переименовали его в честь принцессы Маргариты Австрийской, а по другой – слово «Маргарита» - греческого происхождения и означает «жемчужина», а здесь испанцы нашли много жемчуга. Вообще, слово «Маргаритис» - это второе имя греческой богини красоты Афродиты (Αφροδίτη Μαργαρίτης). То есть, подобно тому, как когда-то прекрасная Афродита явилась из пены морской в Средиземном море, здесь на Карибах испанцам открылся сказочно богатый  остров, полный неуловимого присутствия какой-то женской сущности.

Покровительствовала ли Афродита острову, остаётся только догадываться, но явления великих женщин здесь случались. В административной структуре, кстати, Маргарита с 1830 года называется штат Нуэва Эспарта, то есть – Новая Спарта. Говорят, что это название - дань героизму островитян в борьбе за независимость от Испании. Но хочется думать, что в этом также проявились невидимые связи с Грецией, заложенные ещё во времена выбора имени острова в честь богини Афродиты.

Примерно через сто лет после открытия Маргариты, на соседнем острове Кубагуа, тоже прекрасном и богатом, строили собор, посвящённый Деве Марии. Для него специально привезли древний образ Богородицы из Испании. Однако вскоре пронёсся ураган, в результате которого собор сильно пострадал. Статую решили временно перевезти и укрыть на Маргарите. Всё шло хорошо, пока процессия не достигла одного пустынного района в горах Маргариты. Там случилось так, что дальше никто уже не смог ни поднять, ни сдвинуть с места статую, и люди поняли, что Дева Мария выбрала именно это место своим прибежищем.

С годами здесь построили красивую церковь, где и находится сейчас эта древняя статуя. С тех пор эта ипостась Девы Марии получила имя Девы гор и долин (Virgen del Valle) и была прославлена множеством чудес, явлений и исцелений. Теперь она – покровительница Маргариты и особенно почитается рыбаками. Каждый год 8 сентября в день рождества Богородицы (Navidad de la Virgen) вокруг церкви устраиваются процессии. А у каждой общины рыбаков есть специальная маленькая лодка с подобной статуей, её наряжают, украшают жемчугом и цветами и рано утром прогуливают по морю. Всё это сопровождается народными гуляниями и выстрелами. В этом году, правда, почти не стреляли. - Патроны в дефиците, как и всё остальное.

Остров Маргарита – это север Венесуэлы

Остров Маргарита – это север Венесуэлы и, подобно российским северянам, жители острова (margariteños) говорят на странном наречии: многие слова из учебника испанского языка им совершенно незнакомы, зато существует изрядный запас собственной лексики. Они склонны «проглатывать» окончания слов, т.е. не «tres», а «tre’», не «para», а «pa’». При этом совершенно не заботятся, что иностранцы могут что-то не понимать, не расслышать и гонят свою речь сплошным потоком. Не разберёшь. Пиво здесь называется только «сerveza», а «caña» - это только сахарный тростник, который растёт в изобилии, из него отжимают сок (jugo de caña), выпаривают до состояния патоки (papelón), а самую тяжёлую и тёмную фракцию раньше использовали для изготовления рома, (а отжимки хорошо идут для самогонки). Ещё хочу предупредить: не употребляйте здесь глагол coger в значении поехать на каком-нибудь транспорте. Надо говорить:  tomar taxi o tomar autobús. Из латиноамериканцев только аргентинцы употребляют этот глагол в значении «поехать», для остальных coger – это заниматься сексом. А когда я привожу пример с аргентинцами, мне отвечают:  Ah, sí – son argentines que cogen todo!

Говорят, что первые испанские завоеватели застали на Маргарите индейские племена, которые называли остров Парагуачо́а (Paraguachoa). Это слово, по разным сведениям, переводится как «изобилие рыбы», а иногда - как «люди моря». Сейчас здесь проживают два народа: рыбаки и крестьяне, то есть те самые «люди моря» (pescadores) и жители гор (montañeses) – земледельцы. Существует традиция: если спускаешься с гор к морю, приноси подношение из фруктов, кокосов и овощей. Если поднимаешься с моря в горы, бери с собой рыбу, моллюсков, ракушки.  То есть натуральный обмен здесь был всегда. А сейчас, когда в Венесуэле полностью исчезли наличные деньги, а у беднейших работяг, как и везде, не в ходу банковские счета, карточки и прочие веяния 21 века, взаимообмен только укрепился.

Побережье Маргариты – это один сплошной пляж

Говорят, что раньше народ Маргариты был очень дружный и работящий, но в середине прошлого века сюда с континента переселили пострадавших от наводнения, которые жили на дотации государства. Это был неудачный пример образа жизни для местного населения, которое тоже захотело даровых денег. Ещё один фактор – развитие туризма, которое портит любой народ (знаю по Греции). Побережье Маргариты – это один сплошной пляж, есть очень интересные места в горных районах. Поэтому в эпоху процветания Венесуэлы, начиная с 70-х годов прошлого века, было построено много отелей и туристических комплексов, и население переключилось на обслуживание туристов. Это постепенно, но сильно поменяло сознание людей. Гораздо выгоднее и проще оказалось перепродавать воду и пиво туристам, чем что-то производить.

Лёгкие деньги кончились

С началом кризиса, уже на закате президентства Уго Чавеса, туризм стал постепенно сворачиваться, лёгкие деньги кончались. Проявилась зависть к богатым туристам, ну, и криминальная обстановка ухудшилась. Сейчас все окна и двери в домах - с решётками, сигнализация, ограды под напряжением. Отели – почти пустые. Магазины и рестораны закрываются часов в 6-7 вечера, и все сидят по домам - никакой общественной ночной жизни.

Когда меня спрашивают, как в Венесуэле с криминалом, отвечаю, что это - философский вопрос. Не всё так просто. Лично у меня и моих близких ничего такого не случалось, хотя наш дом не закрывается, нет решёток, ограды и т.д. Мы сразу решили, что не хотим жить за решёткой в собственном доме, и оказалось, что это возможно. Наш дом – в горах, на отшибе, строили его долго - своими руками, без наёмных рабочих. Пока строили – жили 2 года в палатках, что страшно изумляло местных: son gringos pero viven en las carpas! Мы ладим с соседями-маргаритянами, они приходят в гости, ну, и следим, чтобы ни коим образом не вызывать ни у кого зависть. Сами тоже что-то выращиваем, одеваемся скромно, и наш старенький джип – 1989 года рождения. - Я хочу сказать, что если кто-то не хочет играть в опасные игры, можно найти способ этого не делать.

Криминал

Криминал, конечно, есть. В районах, где живут иностранцы, часто грабят дома, несмотря на все сигнализации и заборы. Но тоже не у всех. Когда у нашего русского знакомого, который живёт на «иностранной улице», ограбили соседей-итальянцев, бандиты спросили, кто живёт по соседству. Итальянцы ответили: русские. – Ну, уж нет, к русским мы не полезем, от них всего можно ожидать. И удалились. Знаем, что опасно на улицах - могут выхватить из рук сумку, кошелёк, мобильник и у своих, и у чужих. Есть отморозки, которые могут убить человека за 2 доллара в кармане. Есть всё.

«Индейцы»

Кроме общих слов о причинах криминала, я бы ещё отметила, что Венесуэла – отчасти индейская страна. Нам, европейцам нужны годы, чтобы понять, как они думают, и какие связи выстраиваются в их головах при общении с нами. Например, здесь есть такая пословица: Índios comida, índios ida. Что означает: индеец поел, индеец пошел. Другой вопрос: а что такое воровство? – По европейским мерками - мы в курсе. А по индейским? – Если индейцу что-то очень понравилось, он может это взять. В смысле, ты должен ему это подарить. И он относительно тебя поступит так же. Когда-нибудь. Возможно.

Я употребляю слово «индейцы» и, может быть, у некоторых из вас возникает перед глазами некий собирательный образ Чингачгука в набедренной повязке и с перьями на голове. – Нет, ничего такого нет. Люди здесь перемешены. Все выглядят цивильно, и индейцев, как племени каких-то ярко выраженных аборигенов, на Маргарите нет уже сотни лет. Но в этом их и сила, и причудливая игра генетики, как мне кажется. Индейская культура неуловимым образом присутствует в сознании маргаритян, и нужно внимательно смотреть и слушать, чтобы это заметить и понять, как себя вести, чтобы суметь познакомиться с этим народом. – Мы же не конкистадоры испанские, чтобы их завоёвывать и подгонять под наши мерки.

Ну, об индейцах и шаманизме - это тоже целая отдельная тема, о которой напишу позже.